В Московском Международном доме музыки состоялся вечер Владимира Познера, одного из наиболее популярных отечественных журналистов. Он встретился со столичным зрителем самого разного возраста  в  полном до отказа Светлановском  зале. Тема  выступления  мэтра: «О времени и о себе». Как известно, Владимир Познер занимается журналистикой уже более полувека. За годы своей профессиональной карьеры он  написал около десяти книг и стал автором и ведущим множества телевизионных программ и фильмов.

   

 

Встреча началась с рассказа Владимира Владимировича о себе:

- Я  родился 1 апреля 1934 года в Париже. Сделал подарок маме в день ее  рождения,  появившись на свет в один день с ней.  Мама – Жеральдин, в девичестве Лютен, француженка, отец – Владимир Познер, русский еврей. С 1940 года мы жили в Америке, отец работал на советскую разведку. В то время я очень хотел быть русским, так как  все знали, что Советский Союз спасает мир от Гитлера. Я  знал по-русски всего два слова, «да», «нет». Помню, приехала делегация советских женщин, перед которыми должен был спеть песню «Полюшко-поле». Я спрятался, было невероятно стыдно. Меня нашли, и женщины с улыбкой повторяли: «Гуд бой, гуд бой».

После войны в 1948 году политическая ситуация изменилась, отношения с США ухудшились, и мы переехали в восточный Берлин. Там я учился в школе для детей политэмигрантов, бежавших в свое время от Гитлера в СССР.  Я ненавидел Германию,    хотя считался немцем, потому что по-прежнему не мог говорить по-русски. Мой папа хотел, чтобы мы жили  в Советском Союзе,  и  в декабре 1952 году это произошло. Посол СССР в  Германии  всячески оттягивал отъезд отца, он понимал, что тому с такой биографией грозит заключение. На родине  действительно над ним  сгустились тучи, знакомые из предосторожности  начали обходить наш дом стороной. Мы оказались в вакууме. Нам повезло, Сталин вскоре умер.

В  1953 году в Москве я поступал в университет на биолого-почвенный факультет, набрал 24 из возможных 25 балов. Ехал в университет  с полной уверенностью, что зачислен.  Не обнаружив свою фамилию в списке, был крайне удивлен. Встретившаяся преподавательница раскрыла причину: «У тебя плохая фамилия», - сказала она.  Вмешался отец, и я был принят. После окончания университета я понял, что я не ученый и решил стать переводчиком. Начал зарабатывать на жизнь научными переводами с английского и на английский, увлекался художественными переводами английской поэзии елизаветинского периода, чем обратил на себя внимание Самуила Яковлевича Маршака. По приглашению Маршака стал его литературным секретарем и работал у него в течение двух лет. Через два с половиной года я понял, что не хочу быть переводчиком. Потом создалось АПН, и я попал в журнал «Совьет лайф»  на должноость ответственного секретаря. Журналистская работа поглотила полностью, я почувствовал себя в своей тарелке. Это лучшая в мире профессия. Наконец-то я нашел себя. Знаменитый телемост 1986 года между  СССР и США  сделал меня знаменитым за одну ночь. Все помнят слова женщины, которая сказала, что в СССР секса нет. Я получил 77 тысяч писем. Многие обратили внимание на то, как свободно держали себя американцы, и как скованна была наша аудитория  в студии. 

Затем в 1970 г. я перешел на работу в Комитет по телевидению и радиовещанию  в качестве комментатора главной редакции радиовещания на США и Англию.В 1986 г. я стал политическим обозревателем ЦТ, а в апреле 1991 г. из-за разногласий с руководством покинул Гостелерадио СССР. Тогда же  вышел из  КПСС. В это время я получил приглашение от американского тележурналиста Фила Донахью вести совместную передачу.  В течение шести лет выходила программа «Познер и Донахью» на канале CNBC. У нас был высокий рейтинг. Потом сменился начальник, который сказал, что абсолютно все мы должны обсуждать с ним. Программа исчезла, и я вернулся в Россию. Здесь  я стал делать «Времена». Когда пришел к власти Владимир Путин, началось укрепление вертикали, федеральные телеканалы взяли под государственный контроль. Гости  программы потеряли возможность свободно высказывать свое мнение. Свобода слова – это коридор. Наш коридор свободы становится уже. Теперь появилась программа «Познер», где я отвечаю сам за себя и доволен этим.

Владимир Познер ответил на вопросы почитателей его таланта. 

Вот некоторые из них.

- Как отличить хорошее интервью от плохого?

- Я чувствую, когда интервью получилось. Например,  случай со Жванецким. Он – особое явление, а в интервью вторичен. Естественно, что он претендует быть на первом плане, поэтому интервью не получилось, как бы мне хотелось.

- Когда надо защищать свой национальный интерес?

- Национальный интерес связан с безопасностью. В первую, вторую, третью… очередь.

- Есть ли загробная жизнь?

- Я бы желал встретить на том свете кое-кого и взять интервью. Но я уверен, что за гробом ничего нет.

- Что такое квадратный трехчлен?

- Я не только не знаю, что это такое, но даже представить себе не могу, как это выглядит.

- Я  приглашаю вас на ланч.  Придете? - поступило предложение от симпатичной девушки.

- Если я буду принимать такие приглашения, то быстро обленюсь и перестану ходить на рынок и готовить завтраки.

- Ваша мама называла вас рыцарем. Почему?

- Однажды мы плыли на пароходе, и она потеряла свой любимый  шелковый галстук в сине-красный горошек. Я вышел на палубу и увидел его в руках мальчишки. Я сказал: «Отдай, это галстук моей мамы». Он возразил: «Я нашел, значит, уже мой». Тогда я бросился в драку и отнял у него мамин галстук. Мама,  услышав эту историю, назвала меня рыцарем. Из всех женщин я выделяю маму, к которой у меня навсегда особое отношение.

Светлана Телятникова-Никабадзе

Фото Аллы Буловиновой

Яндекс.Метрика